Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie и сервисы Яндекс.Метрика и LiveInternet. Продолжая работу с сайтом, вы даете разрешение на использование cookie-файлов и согласие на обработку данных сервисами Яндекс.Метрика и LiveInternet.
Вы всегда можете отключить файлы cookie в настройках браузера.
Фото Романа Якубина
Атрибуты запустения: «внутренности» владимирских заброшек на снимках фотографа-путешественника
Роман Якубин родился в Грозном, но, будучи членом семьи военных, сменил множество городов и мест жительства. В конечном итоге родители обосновались во Владимире, именно здесь молодой человек провел немало времени. По профессии Рома всегда связывался с обслуживанием военной промышленности, однако постоянные путешествия привили любовь к фотографии, поселив надежду на будущее в сфере журналистики. Сейчас молодой человек перебрался в столицу ради достижения этой цели, а также публикует свои репортажи и вылазки по заброшенным уголкам России в социальных сетях.
«Думаю, интерес к забытым зданиям появился во время жизни на севере. Городок Новый Уренгой был окружен заброшенными стройками. Например, в −50 глохнет на пустой местности трактор, и больше его не заводят, бросают и берут новый. Потом, когда переехал во Владимир, пошло-поехало. То сюда приедешь посмотреть, то туда приедешь... А когда меня познакомили с фотографией, интерес только усилился».
Места для путешествий по заброшенным точкам Роман сначала искал в специализированных интернет-сервисах, затем познакомился с ребятами, увлеченными сталкерством: «Тут был? Значит, поехали». Своими наработками молодой человек также охотно делился в исследовательских целях. Смысл посещения забытой всеми деревни, опустевшей турбазы или разрушенного завода заключается в фиксации деталей быта, старых снимках и прочих атрибутах прошлой жизни:
«Разрушенный церковный остов, конечно же, менее интересен, чем предприятие, загнувшееся два-три года назад. Там практически сохраняется вся обстановка — заходи, работай. Очень интересное место есть в военном городке Костерево-1, там раньше был центр подготовки ракетчиков. Когда впервые туда попал, внутри было красиво: актовые залы с Лениным, приборы и другие вещи. Еще впечатлил из картона воссозданный до мельчайших деталей пульт для управления ракетной установкой со всеми переключателями, стрелочками, рычагами».
Передавая атмосферу запечатленных локаций, Роман в Instagram и во «ВКонтакте» рассказывает подписчикам истории о людях, которые повстречались в дороге, или, наоборот, тотальном запустении. Что важно, личными данными с места событий фотограф целенаправленно не делится: если нашлись хорошие черно-белые снимки некогда живших в домах людей, автор выбирает самые безликие, а имена на удостоверениях и прочих документах скрывает.
Запомнилась путешественнику турбаза неподалеку от Пенкино, некогда принадлежавшая заводу «Точмаш»:
«Первое, что отмирает у любого завода, — турбаза. Когда мы приехали туда, охрана поймала и сообщила, что исчезло несколько холодильников, но в столовой ложки с вилками даже на местах. По сути, состояние объекта такое: подавай напряжение и живи спокойно. При этом заводу территория не нужна, но за ней присматривают. Когда мы вошли внутрь через поваленный забор и открытые ворота, нашли незапертые двери и прогулялись, возвращаемся — у машины все колеса спущены. Пока мы стояли и матерились, подошла довольная тем, что поймала воров, охрана и грозилась вызвать полицию, но мы сделали это первыми».
От грабежей сталкеры далеки, рассказывает Роман, более того, черные копатели у них не в почете. Если хитрые добытчики узнают о пришедшем в упадок населенном пункте, то переворачивают помещения вверх дном, снимают полы в поисках драгоценностей, перекапывают огороды и ломают фундамент. Рушат историю, за которой приезжают честные путешественники:
«Мы документируем то, что осталось. Весной я был в заброшенной деревне Гусь-Хрустального района, потому что где-то видел пост с очень красивыми зимними фотографиями разрухи, тлена и уныния. Они были оттуда, но двухлетней давности. Решили съездить и проверить, что изменилось. По данным переписи населения в окрестных деревнях, а их три или четыре, живет ноль человек. На деле оказалось, что заброшенной была именно та, куда мы приехали; в других, наполовину пустых, были дачники, видно, ухаживающие за землей и оставляющие знаки, например, дорожный „кирпич“ или пишущие на дверях: „Здесь живут люди, не заходить“».
Заброшенной деревеньке фотограф посвятил несколько постов в социальных сетях. Предлагаем ознакомиться с ними, как и с расширенным фотоотчетом, непосредственно на личных страницах героя. Советская разруха, несмотря на схожесть в интерьерах, все-таки впечатляет. Пусть пострадавшие от нее здания по всей стране и похожи друг на друга, Роман продолжает снимать, изучать и делиться деталями прошлого с подписчиками. Серию публикаций про заброшенную деревню путешественник завершил щемящей зарисовкой:
— Да погодите, тут живет кто-то..
— Думаешь?
— Ну смотри!
— Может, уйдем?
Примерно такой диалог у нас состоялся, когда, дойдя почти до конца деревни, уже не ожидая увидеть ничего особенного, мы вошли в домик, стоящий в воде. Это не было похоже на заброшенный дом, с первого взгляда. Вот совсем. Все вещи были аккуратно сложены в шкафах, посуда помыта, кругом порядок. Даже пыли не было! В общем состояние, как говорится «Еще простыни теплые». Выдавал только затхлый сырой запах. Так бывает, когда печь давно не топили...»
Фото Романа Якубина
