Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie и сервисы Яндекс.Метрика и LiveInternet. Продолжая работу с сайтом, вы даете разрешение на использование cookie-файлов и согласие на обработку данных сервисами Яндекс.Метрика и LiveInternet.
Вы всегда можете отключить файлы cookie в настройках браузера.
Еще идут старинные часы… Чем уникальны куранты на колокольне Суздальского кремля?
Вы обращали внимание на необычные часы с буквенным циферблатом на башне Суздальского кремля? Они расположены сразу на входе в музейный комплекс, стоит только остановиться и повернуться налево. Колокольню с шахтой для приводных гирь построили в середине XVII века, тогда же, судя по всему, установили и хранителя времени, чья история насчитывает уже много столетий. Недавно «Ключ-Медиа» удалось подняться наверх в компании старшего научного сотрудника ВСМЗ и рассмотреть все детали.
«Часовая шахта глубиной 18 метров органично связана с колокольней, поэтому мы можем предполагать, что куранты появились сразу после завершения строительства башни. Первое же официальное упоминание относится к 1682 году. В переписной книге сказано: „На той же колокольнице часы боевые, перечастные в 8 колоколов“. Они звонили каждую минуту, четверть часа и отбивали час», — начинает рассказ Алла Зайкова.
На башню ведут крутые ступеньки. Сколько их, не считали, но сотрудники уточняют, ровно 33. Внутри, скажем сразу, достаточно тесно. Но разве это проблема для желающих увидеть чудо своими глазами? Тем более такая возможность выпадает нечасто.
Первое, что удивляет, — сам часовой механизм. Ему почти 400 лет, но основа конструкции — три приводных вала — дошла до нас, скорее всего, в неизменном виде. Согласно переписной книге суздальской соборной церкви и архиерейского дома 1701 года, за работой курантов следил специальный человек — «часоводец Никишка Климов». Сейчас его «замещает» сотрудник ВСМЗ Сергей Лобанов.
«Завода хватает на 25 часов, поэтому раз в сутки куранты надо обязательно запускать, чтобы не остановились. Делаю я это вручную. Процесс занимает примерно пять минут, для полного цикла необходимо совершить 360 оборотов заводной рукояти. А вот сверять время по ним не стоит. Часы старенькие: плюс-минус 5 — 10 минут для них не принципиально. Тем более что изначально они были оборудованы только часовой стрелкой: до начала XIX века так и ходили. И только часовщик Карпов усовершенствовал механизм, — рассказывает Сергей. — Что интересно, при понижении температуры часы „бегут“ вперед, а при повышении начинают отставать. Связано это с тем, что механизм расширяется или сужается, зазоры изменяются. Поднятие груза на маятнике всего на один миллиметр дает отклонение хода на одну-две минуты. Приходится регулярно их подводить, налаживать ход. Но туристы не обижаются: часы старенькие, а возраст надо уважать».
В 1719 году в Суздале вспыхнул страшный пожар, отмечают в музее. Он начался с кремля, пламя проникло внутрь каменных палат и соборного здания. На башне сгорели дубовые брусья с колоколами. От воздействия высоких температур произошла деформация верхних горизонтальных связей рамы часов, выгорели деревянные приводные барабаны, часть механизма упала в шахту для гирь.
«Отремонтировать часы удалось только в середине XVIII века, об этом говорит клеймо демидовского завода на железных деталях. Мы не можем точно сказать, заменялся тогда механизм полностью или частично реанимировался, потому что не существует ни одного полного описания этих курантов», — продолжает экскурсию Алла Зайкова.
При восстановлении башни часовой и четвертные колокола заняли новое место в восточном окне над часами, а циферблат пришлось опустить вниз примерно на метр. В таком виде куранты дожили до революции 1917 года. Но должного ухода за ними уже не было, и спустя 11 лет они всё же остановились. А в марте 1930 года все 17 колоколов кремлевской звонницы были сняты, разбиты на куски и увезены на переплавку.
«В настоящее время тут располагается семь колоколов XVI — XVII веков, которые собирали из музейной коллекции. Есть среди них и один колокол местного производства суздальского литейщика Никуличева второй половины XIX века, — рассказывает Сергей Лобанов.
Расположены они над механизмом часов, их молоточки соединены тягами с рычагами. Часовой бой обеспечивает самый большой колокол, предполагается, что он весит около тонны, бой четвертей состоит из пяти колоколов весом от 30 до 300 кг. Самый маленький колокол — 16 граммов — отвечает за минутный бой».
Попытки запустить часы предпринимались еще до начала Великой Отечественной войны. В конце 30-х годов над курантами трудились интернированные чехи, располагавшиеся тогда в Спасо-Евфимиевом монастыре. Удалось починить механизм XVII столетия на соборной звоннице и часть часового боя. Но поработали они в предвоенное время недолго. С началом ВОВ музей был закрыт, а стрелки остановились.
«После войны, когда в городе начались полномасштабные реставрационные работы, вопрос о ремонте часов поднимали несколько раз. Но это было очень затратно, да и мастеров почти не осталось. Хорошо, что в 1966 году удалось найти специалистов: при содействии реставрационной мастерской и музея над механизмом трудились краевед Владимир Снегирев, часовщик Александр Тихонов и медник Кузьма Чичерин», — отмечает старший научный сотрудник ВСМЗ.
В результате ремонта куранты удалось не только запустить снова, но и поднять на то место, где они располагались до пожара в кремле. Для защиты сложного механизма построили часовой домик. Сам циферблат пришлось переделывать, его выполнили из стального листа с золочеными буквами, а стрелки — из алюминия. Также заменили изношенные бронзовые втулки, веревки для грузов, а механизм хода очистили от ржавчины и грязи.
Часы благополучно отработали до конца 80-х годов, но с износом конструкции начались сбои в работе и куранты снова остановились. Их реставрацией занялся Юрий Платонов. На базе мастерских Петербургского института ядерной физики был проведен ремонт механизма часов, восстановлены валы анкерного хода и передаточного вала, изготовлены коронное колесо, новый подвес маятника и проведено восстановление циферблата. Были сделаны стрелки по образцу XVII века.
«Нет, нашего имени здесь не должно быть, если мы стали реставраторами. Реставрация — это не проявление своего „я“, а умение вернуться в ту эпоху, раствориться в ней — и всё! Для меня часы — это состояние, а не любовь. Любовь, как правило, имеет начало и конец, часы же для меня — состояние души, а душа моя всегда жила в часах», — писал Юрий Платонов.
Отдельное внимание — буквенный циферблат диаметром 192 сантиметра. Такие часы использовались до 1721 года, когда Петр I ввел в обиход арабские цифры. Но в Суздале на курантах сохранили кириллицу. Первоначальный циферблат — деревянный, обитый жестью был полностью утрачен 7 января 1953 года из-за пожара в кремлевской колокольне.
«С моей точки зрения, это уникальный часовой механизм, который стоит музеефицировать. Несколько лет назад такая идея рассматривалась, возможно, к ней еще вернутся. Конечно, дорого, но экспозиция точно получилась бы интересной, люди с удовольствием ее посещали. А вместо этого исторического механизма на колокольне разместить его современный аналог, благо еще есть мастера, которые умеют делать подобное, — делится мнением старший научный сотрудник Владимиро-Суздальского музея-заповедника Алла Зайкова. — До революции башенных часов по всей России насчитывалось около тысячи, а сейчас осталось менее полусотни. Поэтому, конечно, это изюминка нашего города, которую надо сохранить».
Сегодня просто послушать бой курантов Суздальского кремля в музейный комплекс регулярно приходят туристы. И почти все интересуются историей древних часов и колокольни, с которой открываются чудесные виды на город.
НАПОМНИМ!У нашего интернет-журнала есть телеграм-канал и группа во «ВКонтакте». Обязательно подписывайтесь и следите за новостями от «Ключ-Медиа».
