Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie и сервисы Яндекс.Метрика и LiveInternet. Продолжая работу с сайтом, вы даете разрешение на использование cookie-файлов и согласие на обработку данных сервисами Яндекс.Метрика и LiveInternet.
Вы всегда можете отключить файлы cookie в настройках браузера.
Последняя гастроль саквояжа. Группа «ОднАкО» выпускает новый альбом и... самораспускается
История владимирской группы «ОднАкО» похожа на байку про студенческую вечеринку, которая вышла из-под контроля. Сначала просто тусовались, играли каверы «для себя», потом вдруг появились авторские песни. Вдохновлялись «АукцЫоном» и «Краснознаменной дивизией имени моей бабушки» — в этих коллективах музыкантов всегда было подозрительно много. Равно как и в «ОднАкО».
Первый раз ребята почувствовали, что они действительно есть, когда сыграли во владимирском баре. Тогда казалось, что зал полный, людей невероятно много, и это было настоящим счастьем. Первая реакция на музыку, первые аплодисменты, первые улыбки благодарных зрителей. Потом пошли проекты вроде «ВладРокМастерской», многочисленные выступления, а позже и большой сольный концерт, который даже сохранили в формате фильма. Для группы это был шаг в другую реальность: когда выступление живет не только в памяти, но и на записи.
Но главным в группе всегда был он — саквояж: вечный, потертый, с каждой гастролью становящийся все более перекошенным. И теперь он уходит вместе с хозяевами. Да, вы не ослышались. Группа доигрывает последние концерты, готовит альбом и... самораспускается. Насовсем ли, и что такое на самом деле «ОднАкО», поговорили с гитаристом, автором песен и лидером коллектива Матвеем Леонтьевым, и фронтменом, главным шоуменом Даней Барсом.
— Как вы пришли к такому необычному стилю, где друг с другом соседствуют поэзия обэриутов, инди и джазовая импровизация?
Даня:
— Стиль и не мог быть другим. Проект появился абсолютно спонтанно и также спонтанно развивался. Приходили и уходили люди, придумывать партии было некогда, да и не особо хотелось. Вот и приходилось импровизировать. На жанры не ориентировались, песен по канонам «куплет — припев» не сочиняли. Иной раз начнем с регги, потом дадим блюза, а закончим панком — и все это происходило само собой.
Матвей:
— На концертах «ОднАкО» — почти 90 % импровизации. Часто все идет не по плану, и это всегда интересно. Мы рады неожиданностям. Возможно, этим мы хотим показать, что все можно делать свободно и не зависеть от каких-либо рамок.
Даня:
— Насчет стиля инди: у нас не было возможности податься на лейбл или найти себе продюсера, чтобы быть «зависимыми», поэтому мы индепендент (смеется). А поэзия — это просто хорошо. Я очень люблю обэриутов. Выяснилось, что их стихи очень хорошо смотрятся вместе с текстами Матвея. Если из этой хаотичной, но все-таки структуры вынуть какую-либо из составляющих, то все упадет. Мы сами до конца не понимаем причинно-следственных связей работы этих компонентов вместе.
В «ОднАкО» все держится на взаимоуважении. Решения принимаются по-дружески и демократично: важно, чтобы каждый был услышан. Это не столько группа в классическом смысле, сколько компания единомышленников, где каждый делает свое дело, а вместе получается живое целое.
Главный мотор — Матвей Леонтьев. Автор песен, вокалист и гитарист, организатор концертов и тот, кто собирает всех вокруг идеи, а иногда еще и кормит команду. Данил Колесников отвечает за вокал и перкуссию, а на сцене и вне ее задает тон общему настроению. Ритм-секцию держат Игорь Логинов (бас) и Алина Зотова (барабаны). Вокал поддерживает Арина Чернова, клавиши — Максим Жуков. За образ группы отвечают Анна Слободнюк (SMM, дизайн, декорации) и Анюта Розанова (дизайн, декорации).
Матвей:
— Мы ценим друг друга за открытость к экспериментам и вообще готовность пойти на что угодно ради какого-то общего дела.
— Есть ли у вас любимая «ритуализация» репетиций или концертов?
Даня:
— Ритуалы есть. Например, предконцертный ритуал — это великая мистерия. Мы не можем вам ее описать. Мы можем только назвать вам три заветные буквы, которыми она называется, — это «Чек». Если это увидеть, то можно сойти с ума. Это как Дионисии, их нельзя лицезреть обычным смертным. А на репетициях все довольно обычно: репа репой, а обед по расписанию.
— Кто придумывает сценические идеи и визуальное оформление концертов?
Даня:
— Что касается костюмов, то мы всегда старались использовать разные детали, аксессуары, чтобы можно было выделить каждого музыканта на сцене: вот это стоит Матвей Леонтьев, вот это — Макс Жуков, вот это — Даня Барс. Но самое главное — это серый кардинал группы. Вы должны знать, что командой на самом деле рулит не Матвей, а он — саквояж, великий и могучий! Чего в нем только за это время не лежало! Да и на данный момент никто из нас не может сказать точно, что в нем находится. Часть из этого я даже никогда не доставал на концертах: там какие-то перья, бутылки, много всего. Саквояж — это наш маскот. Когда-нибудь мы сделаем его ростовую куклу и будем по городу ходить рядом с Владимирским пряником.
— Насколько город Владимир влияет на вашу музыку и атмосферу концертов?
Даня:
— Мы не можем точно сказать, как и каково его влияние, каков его объем в процентном соотношении, но это точно много, потому что на выездных концертах сразу себя как-то неловко чувствуешь. Любимых мест всей группы в городе не так много, но их можно назвать. Из мест публичных — ныне почивший «Флигель». Время нашего расцвета, первых концертов, радости, горести, практики и не только. Потом место, где происходит просто вообще всё в нашей жизни, — это квартира Матвея. Мы там репетируем, тусуемся, кино смотрим, кофе пьем, ночуем, завтракаем, делаем всё, что можно делать в квартире. Ну и самое великое место совершения ритуалов — точка с шавермой на Тракторной.
НАПОМНИМ!У нашего интернет-журнала есть свой телеграм-канал. Обязательно подписывайтесь на него и следите за новостями от «Ключ-Медиа» в популярном мессенджере.
— Что самое абсурдное или смешное происходило с вами на сцене?
Даня:
— Первое, что приходит на ум, — как мы во время концерта-съемки фильма благополучно забыли позвать тебя, Володя, на сцену, и вместо запланированных двух песен ты сыграл с нами всего одну. А вообще, мы как будто ничему не удивляемся. Если к нам залетит стая ворон на концерт, мы скажем: «Кар-кар» — и все.
— Если бы «ОднАкО» был цветом или журналом на прилавке, каким бы он получился?
Матвей:
— Журналом? Скорее всего, на обложке был бы детский рисунок, а внизу надпись: «Однако не лысая собака». Это наш давний слоган, такой семейный. Думаю, так. А цвет однозначно оранжевый. Потому что это свет, тепло, доброта и так далее.
— Группа распадается в сентябре. Чувствуете ли грусть или воспринимаете это как новый этап?
Матвей:
— Невозможно отделить одно от другого, потому что чувствуется и грусть из-за расставания со всеми. И, конечно же, это переход на новый этап, потому что все в чем-то преуспеют. И мы, надеюсь, скоро встретимся, и начнется что-то новое. Все разъезжаются по городам, чтобы развиваться в той или иной стезе. Но музыку как таковую никто не бросает. У многих это, ну, собственно, единственное дело в жизни.
Даня:
— География наша значительно расширяется. Игорь, Максим и Анюта едут получать профильное образование в Москву: Игорь и Максим, собственно говоря, становиться музыкантами, Анюта — оператором. Анна уезжает в Петербург учиться на дизайнера. Матвей остается во Владимире и планирует активно изучать бас-гитару. Арина продолжает получать вокальное образование. Алина продолжает школу жизни проходить. Я еду в Питер, дабы именоваться искусствоведом. Но мы уезжаем, чтобы вернуться. Вдохновлялись стихом Константиноса Кавафиса «Итака»: для нас важен сам путь, каждая остановка, каждое открытие. А Владимир — наша Итака: не просто точка на карте, а дом, к которому хочется вернуться после всех открытий.
— Но альбом-то останется?
Даня:
— Альбом выйдет уже осенью. Мы активно ведем над ним работу. Прямо сейчас я отвечаю на этот вопрос, а за стенкой пишется Максим. Это будет сборник всего, что мы хотели воплотить в студии. С кучей деталей, которых на сцене не услышишь. На записи мы наконец-то дошли до многослойности, добавили немного электроники. Бьемся за качество, хотим, чтобы нас запомнили. Даже если потом не соберемся, хочется остаться в музыкальной истории Владимира как старая татуировка — выцветшая, потрескавшаяся, но все еще видимая, со своей историей, которую никто не сможет стереть.
— Есть ли мысли о совместных проектах после паузы?
Матвей:
— Поживем — увидим.
«ОднАкО» ставит паузу. Но если однажды во Владимире вы встретите потертый саквояж, значит, музыка все еще продолжается.
Фото из архива группы
