Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie и сервисы Яндекс.Метрика и LiveInternet. Продолжая работу с сайтом, вы даете разрешение на использование cookie-файлов и согласие на обработку данных сервисами Яндекс.Метрика и LiveInternet.
Вы всегда можете отключить файлы cookie в настройках браузера.
Новый Суздаль? Баня по проекту японского архитектора, дом «Липа» из старой избы и арт-объекты в селе Менчаково
Если Суздаль уже мейнстрим, то современным веянием и трендом становится Менчаково — старинное русское село в 8 километрах от древнего города. Совершенно самостоятельный и живой населенный пункт вдруг приобрел особое значение, в том числе и для туристов, благодаря открывшейся там в 2024 году арт-резиденции. «Ключ-Медиа» пообщался с ее идеологом и владельцем Владимиром Инякиным, чтобы узнать больше о новом культурном месте на карте России.
— Владимир, Менчаково у многих сейчас на слуху. Расскажите о своей команде и главных целях вашего проекта.
— В селе работает небольшая, но очень мотивированная группа людей. Они курируют архитектурную часть, стройку, арт-объекты, маркетинг и коммуникации. Каждый отвечает за свою зону — от проектирования до благоустройства и визуальной документации. Наша цель — развитие территории и формирование среды, где современная архитектура и локальный контекст соединяются естественным образом. Мы не возрождаем село — оно живет само по себе и было успешным еще до нас. Просто аккуратно добавляем в его ткань новые смыслы и акценты.
— Менчаково неизбежно сравнивают с Суздалем, ведь это тоже место притяжения творческих и думающих людей. Прослеживается ли здесь параллель?
— Я очень люблю жемчужину Золотого кольца, но задачи стать «вторым Суздалем» нет. Считаю, что наш район в целом уникален по атмосфере. Мы развиваем Менчаково как самостоятельную точку: спокойную, камерную, со своей архитектурной идентичностью. Там нет потока туристов и ярмарочной суеты. Это место для тех, кто ищет пространство, где можно быть собой, пожить на земле, почувствовать воздух, тишину и масштаб.
— С прошлого года в Менчакове появилось несколько новых архитектурных объектов. Чем они примечательны?
— Некоторые дома созданы в сотрудничестве с архитекторами и дизайнерами, например, «Липа», «Полынь», «Дом падающих листьев», «Дом садовника». В каждом свои характер и настроение.
Дом «Полынь»
«Дом садовника»
Так, «Липа» выросла из старой избы начала XX века. Мы сохранили бревенчатые стены, печь и фактуру дерева, но добавили стекло, свет, воздух. Получился объект, где прошлое и современность не конфликтуют, а органично сосуществуют. Это проект архитектора Петра Сафиуллина (бюро YARATAM), отмеченный профессиональным сообществом: он вошел в шорт-лист премии АРХИWOOD и завоевал приз зрительских симпатий в номинации «Лучший реализованный проект реконструкции» международной премии «Золотой Трезини 2025».
Фото Екатерины Остроуховой
«Дом падающих листьев» — небольшая баня или тихий домик для двоих по проекту японского архитектора Такеши Кобаяши.
Есть также проекты, разработанные известными архитектурными бюро — Atelier и «Хвоя». Мы планируем возвести здания по ним в ближайшее время. Двигаемся к тому, чтобы каждый дом в Менчакове был самостоятельным высказыванием и вошел в будущий арт-ленд-парк — маршрут, соединяющий архитектуру, искусство и природу.
— Еще одна важная часть вашего проекта — арт-объекты. Что уже реализовано?
— Искусство для нас — не украшение, а способ говорить. Сейчас в Менчакове можно увидеть несколько работ, созданных специально для этого пространства. Они живут на открытой территории, встроены в ландшафт. В арт-коллекцию уже включены узнаваемая композиция «Храм чернорабочих», а также различные инсталляции, панно, картины, декор.
Так, триптих Антона Сидько «Границы неба», созданный во время первой художественной резиденции в Менчакове, — это работа на стыке пейзажа, жеста и медитации. Выполненная в технике батика серия выстраивает собственную оптику наблюдения за миром. Перед нами не буквально изображенное небо, а состояние: растворенное в воздухе, вытянутое в вертикаль, лишенное начала и конца.
Произведение Саши Нестеркиной «Люстра» создано в 2024 году. Художница приехала по приглашению, и дом «Полынь» с его особенной атмосферой и окружающий пейзаж стали отправной точкой для замысла. Объект выполнен из веток, собранных на территории и аккуратно встроенных в природную структуру хрустальных деталей.
«Артефакт» Яна Кременя — размышление о материальности времени; о том, как вещи, оставленные без участия человека, постепенно становятся частью природного ландшафта. Основой для проекта послужили предметы, найденные в селе Менчаково: фрагменты утвари, обломки, безымянные остатки.
Работа Константина Ужве Playground не просто инсталляция в доме «Липа», а монтажная поэма о забвении. Перед зрителем не детская площадка как таковая, а ее фантом, образ, оставшийся в памяти пространства. Материалы для объекта были собраны в заброшенных избах и на территории покинутого пионерлагеря «Сосновый бор».
Еще одно произведение Константина носит название «Дом № 40».
«В первый же день резиденции я увидел заброшенную избу в центре села. Издалека она была похожа на старый, поросший травой череп — без зубов, без окон», — говорит автор.
Объект стал для творца не просто архитектурной находкой, а личным порталом в другое время. Он вошел внутрь и начал собирать впечатления. Остатки мебели, битая посуда, печь, в которой «кто-то, может быть, варил зелья», — всё это сложилось в ощущение присутствия чего-то недосказанного, старого, но живого.
Игровой опыт детства — гипнотическое наблюдение за тем, как неваляшка вновь и вновь возвращается в вертикальное положение, — оставляет в теле особую память. Иммерсивный объект «Ванька-встанька» GALOLBO отсылает к этому переживанию напрямую, но не ограничивается ностальгией. Наоборот, художник перемещает знакомый образ из зоны комфорта и масштабирует его, превращая в объект, куда буквально нужно «войти». Его рождение в Менчакове неслучайно: опыт резиденции здесь, как признается художник, стал своего рода моделью внутреннего баланса. Пространство, люди, ритм места — всё это выстраивалось вокруг идеи тонко настроенного равновесия.
«Анемометр» — это прибор, предназначенный для фиксации ветра: его направления, скорости, давления. Но в произведении Дмитрия Шленкина техническая функция становится поводом для художественного высказывания. Созданный из дерева, нержавеющей стали и проволоки, объект сохраняет узнаваемую форму, но при этом выходит за рамки утилитарности. Работа рождена в диалоге с местом. Пространство села Менчаково, открытое ветрам и смене погоды, становится естественной лабораторией.
НАПОМНИМ!У нашего интернет-журнала есть телеграм-канал и группа во «ВКонтакте». Обязательно подписывайтесь и следите за новостями от «Ключ-Медиа».
— Что сейчас происходит с пространством села?
— В планах появление арт-ленд-парка — прогулочного маршрута по территории, где постепенно будут вырастать новые объекты и архитектурные элементы. Например, старое здание сельского магазина мы превратили в творческую мастерскую. Это рабочее пространство, в котором рождаются небольшие проекты, эскизы, где можно провести встречу или презентацию. Всё делается постепенно, без спешки, в логике естественного роста.
— Как у вас складываются отношения с жителями Менчакова?
— Хорошо и по-человечески. Около 10 процентов местных сегодня работают вместе с нами: помогают на строительстве, в уходе за садами, уборке. Это настоящие соседи, а не просто нанятые исполнители. Мы оплачиваем их вклад, потому что это сотрудничество, а не благотворительность. Стараемся, чтобы наша инициатива была встроена в жизнь населенного пункта, а не существовала вне.
Фото мастерской
— Есть ли у проекта социальная или инфраструктурная часть? То есть не творчеством единым?
— Мы стараемся участвовать в жизни села и поддерживать инициативы, которые делают пространство вокруг более комфортным. Ремонтировали старый колодец, помогаем проводить праздники, иногда подключаемся к хозяйственным вопросам, если нужна поддержка. Это простые, земные вещи, но именно из них складывается нормальное совместное существование.
— И последнее: будет ли у Менчакова развитие за пределами этой точки?
— Пока всё внимание сосредоточено здесь. Но в целом село для меня — пример, как можно жить на земле осмысленно, современно, с уважением к контексту. И, кстати, мне достаточно часто поступают запросы о консультациях и просьбы помочь реализовать подобные резиденции и арт-проекты в других регионах. Если этот опыт окажется успешным, почему бы не продолжить его там, где есть потенциал?
Фото мастерской
Фото предоставлены пресс-службой арт-резиденции
